"Самореабилитация цифрового аудио возможна".

"Art Electronics", 5(6) 2001

Art El.: Как известно, процессор P-1A выполняет три функции: цифровая интерполяция с изменением разрядности цифрового слова и вычислением дополнительных отсчетов, увеличивающих разрешение; коррекция амплитудночастотных характеристик акустических систем любого типа; коррекция совокупной характеристики «АС-помещение». Начнем с интерполяции. Есть ли среди изделий других фирм похожие устройства?

Марк Шифтер: Конечно, интерполяцией сейчас увлечены многие производители, и многие из них разработали свои собственные алгоритмы. Смею заверить, что наш алгоритм отличается от всех остальных тем, что он точнее. Например, фирма DCS для вычисления дополнительного отсчета берет только два соседних. По нашему мнению, этого мало. Для корректной интерполяции необходимо знать не только значения базовых отсчетов, но и тенденцию поведения звукового сигнала в течение определенного времени. Поэтому наш процессор оценивает несколько отсчетов до и после, и на основании этой информации вычисляет новый. Наша вычислительная платформа отличается большой мощностью и быстродействием: для реализации нашего алгоритма, названного «Перцептуально-адаптивным кодированием», требуется производить огромное количество математических операций в единицу времени.


Art El.: Поясните, пожалуйста, что означает перцептуально-адаптивное кодирование.

М.Ш.: Оно основано на уникальной информации, полученной в течение десяти лет путем исследований особенностей человеческого слуха и его реакции на звуковые сигналы различных видов, а также выявления заметности различных видов искажений и артефактов. В этих исследованиях принимали участие известные эксперты-психоакустики, использовалось самое совершенное оборудование. Обобщение результатов данных исследований, с учетом наших собственных данных, позволило разработать алгоритм перцептуально-адаптивного кодирования, использующий максимум вычислительной мощности процессора там, где отклонения от исходного сигнала наиболее заметны для человеческого слуха. Это наиболее рациональный способ динамического перераспределения ресурсов обработки цифрового сигнала.


Art El.: Очевидно, необходимость оценивать заметность искажений связана с ограниченными возможностями вычислительной базы?

М.Ш.: Конечно. Если бы мы попытались обойтись без перцептуально-адаптивного кодирования, существующая на сегодняшний день реальная элементная база просто не справилась бы с такой сверх-задачей. Она и так работает на грани своих возможностей, в первую очередь по быстродействию. Наш алгоритм позволяет в значительной мере исправить погрешности дискретизации аналоговых сигналов. Понятно, что если бы этот процесс изначально велся с удвоенной частотой дискретизации (т.е. отсчетов в единицу времени было бы в два раза больше), ошибки были бы гораздо менее заметными на слух. К тому же, точность восстановления сигнала в этом случае была бы гораздо выше. Наша задача добиться подобного результата уже после того, как произошла безвозвратная потеря информации о сигнале, оставшейся между реальными отсчетами. Для того чтобы с достаточно высокой вероятностью «угадать» значения дополнительных отсчетов, недостаточно вывести среднее арифметическое между двумя соседними. Более того, весь звуковой диапазон делится на шесть полос, и вычисления в каждой из них ведутся отдельно, поскольку психо-акустические свойства звука напрямую связаны с частотой. Это, пожалуй, настолько подробно, насколько я могу говорить о наших технологиях, не нарушая границ корпоративной этики. Дальнейшие подробности по понятным причинам оставляют коммерческую тайну (к нам неоднократно обращались различные фирмы с целью приобретения лицензии, номы решили оставить за собой эксклюзивноеправо на производство наших процессоров).


Art El.: Но неужели никто в мире, кроме вас, не пытался сделать то же самое: ведь возможность дальнейшего повышения качества воспроизведения цифровых записей путем восстановления потерянной информации очевидна. Тем более что видеоскейлеры, вычисляющие дополнительные строки, существуют уже напротяжении пяти лет.

М.Ш.: Естественно, очень многие пытались,но с разным успехом. Да, действительно, P-1A в известном смысле «аудиоскейлер», а так-же универсальный конвертор форматов: как на входе, так и на выходе может присутствоватьлюбой из принятых ныне цифровых форматов звука (от 16 бит/44,1 кГц до 24 бит/192 кГц). Икак в случае с видеоскейлером, в конкретном случае совсем не обязательно наилучшим вариантом окажется самый «старший»: все зависит от прочих компонентов цифрового тракта, и если они не обладают достаточно высоким раз- решением, то эффект «смазанности» звука аналогичен ухудшению изображения при на- ползающих друг на друга строках при чрезмерном коэффициенте умножения видеоскейлера. Надо сказать, что коррекция ошибок дискретизации амплитуды не представляет особых сложностей. Другое дело фаза. Именно здесь большинство натолкнулось на непреодолимые трудности. И нам, наверное, повезлобольше других.


Art El.: Но все же какая из компаний добилась наиболее ощутимых успехов в разработке алгоритмов интерполяции?

М.Ш.: Очевидно, Meridian. Музыкальная информация, особенно мелкие детали, деликатные подробности и в целом верность воспроизведения звука, доступные с помощью процессоров Meridian, безупречны. Но тем не менее ощущается недостаточная «духовность» звучания, характерная для лучших образчиков аналогового звука. Так, «цифровой» контрабас отличается от «аналогового» не тембром, а «весом». Точнее, весомостью, силой эмоционального воздействия на слушателя. Именно поэтому мой партнер Арни Ньюделл до сих пор ставит на первое место по качеству студийные аналоговые мастер-ленты.


Art El.: Было бы корректным назвать процессор P-1A «активным цифровым фильтром», который в отличие от «пассивных» устройств, имеющих жесткий алгоритм, отличается гибкостью как в соответствии с сигналом, так и желанием пользователя, в распоряжении которого выбор любого из возможных режимов работы данного устройства?

М.Ш.: Мы называем этот прибор Digital Correction Engine именно потому, что он, будучи формально цифровым фильтром, в то же время намного превосходит по своим возможностям традиционные устройства данного типа.


Art El.: Верно ли то, что цифровые фильтры являются самым слабым звеном в цифровой цепи? Известно из практики, что полное отключение цифрового фильтра в конверторах несмотря на появление искажений преобразования (часто заметных на слух) делает звучание эмоционально насыщенным. При этом как бы спадает пелена, и звук становится более натуральным. Лишнее доказательство этой теории опыты с конверторами, в которых предусмотрены различные режимы работы цифрового фильтра (например, разная кратность передискретизации, дитер). Подобные продукты производятся, например, Sony. В каждом режиме звук разный, и именно за счет того, что при этом меняется и степень «завуалированности»звука. Когда же цифровой фильтр отключаетсявовсе (путем вмешательства в схему), эффект ошеломляющий: как в зеркале, образ, возможно, не идеальный с точки зрения красоты, нозато максимально близкий к действительности.

М.Ш.: Именно поэтому очень многие предпочитают конверторы с цифровым фильтром без передискретизации (частота 44,1 кГц): они утверждают, что не звук, а сама музыка при этом становится ближе, доступней. Меня это совсем не удивляет: примитивными методами, как то повторением отсчетов с удвоенной частотой или с помощью несовершенной интерполяции (то самое среднее арифметическое) можно только навредить. Наш алгоритм качественно другой. И функции компенсации погрешностей акустических систем, а также акустических свойств помещения, реализованы на той же основе, что и интерполяция. Компании, являющиеся производителями акустики, зачастую просто высылают нам по электронной почте файл с измерениями импульсного откликасвоих моделей. Конечно, условия измерений могут отличаться в зависимости от конкретного оборудования и акустических свойств, но подобные погрешности ничтожны в сравнении с несовершенством колонок, даже самых дорогих. Поэтому результат всегда положительныйи довольно ощутимый. Одним словом, мы удовлетворены тем, что сделали.


Art El.: Давайте отвлечемся от технических сюжетов и поговорим на более общие темы. Хотелось бы услышать ваше мнение о современной ситуации на рынке аудиоаппаратуры.

М.Ш.: Это весьма печальная тема для всех тех, кто специализируется на двухканальном аудио. Домашний кинотеатр, а точнее многоканальный звук слишком активно вторгся на нашу территорию. Посмотрите на реальные доходы компаний, процветавших пять лет назад. Их годовой доход в среднем упал до одной трети. Естественно, начался отток в область коммерческого многоканального звука. Большинство фирм, известных благодаря своим прославленным моделям ламповой аппаратуры, вообще прекратили их производство. High End Audio сейчас оказался в настоящем загоне. Это, конечно же, плохо. В новых многоканальных форматах гораздо меньше того, что я называю «креативным началом». В стерео этого было гораздо больше. И не следует путать те потрясающие эксперименты, которые производит Том Джанг в своей студии, с коммерческим Multi Channel: это совсем другое. Пресса во многом стимулировала процесс обвала стерео. Сравните современный Stereophile со старым, вышедшим лет пять назад: мало того, что он значительно «похудел», так еще и на первой обложке мультимедийные компьютерные аксессуары! Это полная профанация, хотя и отражение всеобщей конвергенции технологий (ненавижу это слово), о которой говорят в наши дни.


Art El.: Но если все это так, зачем вы затеяли проект, касающийся именно двухканального звука?

М.Ш.: Есть компании, которые в сложившейся ситуации всегда плывут по течению, их гораздо больше. Мы же плывем против течения. И тем не менее я вижу большой потенциал (и качественный, и коммерческий) в наших алгоритмах. Уверен, что вначале эту идеологию нужно внедрить именно в рамках стерео, поскольку только в двухканальных трактах можно полностью оценить все достоинства корректной цифровой интерполяции. Когда идея прочно войдет в сознание (а это неизбежно: несмотря на все рыночные пертурбации количество владельцев стереосистем не уменьшилось), вероятно, настанет новый этап: коммерциализация нашего продукта в многоканальных технологиях. Тогда и в новых звуковых форматах можно будет творить чудеса. Возможно, через пару лет наши алгоритмы коррекции будут встраиваться в «бум-боксы» известных фирм (если, конечно, мы успеем к тому времени «обкатать» нашу идею на стереосистемах и начнем продажу лицензий).


Art El.: Развитие всегда происходит по диалектической «спирали». Как вы думаете, можем ли мы в ближайшем будущем ожидать оживления в аудиоиндустрии стерео? Ведь, если вдуматься, единственное средство для того чтобы слушать любимую музыку, испытывая при этом по-настоящему глубокие эмоции - это домашняя стереосистема. В то же время кино можно посмотреть в ближайшем кинотеатре, причем с более высоким качеством, чем в домашнем. Возможно, со временем многие придут к мысли: зачем вкладывать уйму денег в «игрушечный» домашний кинотеатр, если можно вложить их в то, что действительно необходимо и не имеет альтернативы. Ведь музыку слушали всегда и всегда будут слушать.

М.Ш.: Вполне возможно, что именно такие соображения, когда к ним придет значительная часть населения, будут способствовать ликвидации дисбаланса между стерео и домашним кинотеатром, сложившегося на данный момент. Относительно дальнейшего развития аудио: бесспорно, будут революционные перемены, и многие уже произошли (появление Super Audio CD, например). Кто-то может объявить революционным свои изобретения, например новый тип излучателя. Perpetual Technologies тоже вправе претендовать на революционность интерполяционных технологий в том виде, в каком они предлагаются нами. Но более важные эволюционные изменения, которые не столь молниеносны и эффектны, но зато гораздо более важны в общем процессе развития, на данный момент и, наверное, ближайшее будущее, маловероятны. У нас есть в запасе много идей о том, как можно улучшить звучание традиционных аудиосистем. Это хорошая новость. Плохая же мы и нам подобные нынче в меньшинстве, и нас могут простоне услышать.


Art El.: Кстати, а как вы в сложившейся ситуации, которая явно не в пользу того, что вы предлагаете вашим клиентам, добиваетесь того, что вас слышат?

М.Ш.: В основном мы используем методы прямого доступа к нашим потенциальным клиентам. Мы берем почтовую базу подписчиков популярных аудиожурналов и рассылаем предложения, при этом стараясь собрать максимум информации о социальном и психологическом статусе наших респондентов. Конечно, мы не задаем вопросов относительно величины их бюджета, но зато узнаем много полезного о составе их домашней аппаратуры, предпочтениях в музыкальных жанрах и кино и т.д. Мы сортируем полученные данные, которых накопилось достаточно для создания собственной обширной базы и возможности проводить маркетинг своими силами. Когда выясняется, что у владельца аудиосистемы нет DVD-проигрывателя(а несмотря на популярность DVD большинство любителей музыки все еще не обзавелисьими), мы предлагаем ему купить непосредственно у нашей фирмы P-1A и в придачу предлагаем недорогой DVD-проигрыватель всего за 99 долларов. Это срабатывает безотказно. Нам не нужны дилеры. Они не нужны и нашим клиентам. Одно дело, когда вы приобретаете сложное проекционное оборудование, требующее настройки и последующего сервиса: тогда без дилера не обойтись. Наш же прибор подключается просто. К тому же у нас распространенасистема стопроцентного возврата денег в месячный срок в случае, если клиент остался недовольным покупкой. Этого вполне достаточно для покупателя, которому в данном случае ненужны никакие дилерские гарантии.


Art El.: Но ведь нельзя отрицать огромнуюроль дилеров в продвижении продукции, особенно новой, достойном представлении ее клиентам (большинство впервые знакомятся с новыми моделями в салонах, и мнение дилера часто становится определяющим). Кроме того, рекламная компания в прессе в основном организуется также силами и средствами дилеров.

М.Ш.: Все это так, но я не преследую цели сделать Perpetual Technologies компанией с 10-миллионным оборотом. Все эти общеизвестные приемы организации бизнеса, включая создание развитой дилерской сети, нужны тогда, когда делается ставка на непрерывный рост производства. Вместо этого я хочу произвести и распространить по клиентам, которые достойно оценят наши технологии, 10 миллионов процессоров P-1A. По крайней мере, на данном этапе, не предполагающем глобальной коммерциализации продукта. Дальше посмотрим. Сейчас мы справляемся с поставленными задачами своими силами, без помощи дилеров. Что же касается рекламы в журналах, для меня это не составляет труда. дакторов всех аудиоизданий во всеми мире, и не только их, но и их жен, друзей, даже помню клички их собак и кошек. За тридцать с лишним лет моей деятельности в Audio Alchemy и других компаниях, где я работал, у меня сложились стабильные отношения с прессой. Когда нужен тест или ревю на новую модель, я просто звоню в редакцию. вы были исключительно восторженными, даже иногда предупреждая о том, что отрицательное заключение, если таковое сложилось у того или иного журнала, меня ни в коем случае не обидит. Вот и все: моя единственная надежда в этом мире на то, чтобы мое имя и плоды моего труда не канули в забвение это вы, представители прессы. Как и я ваша надежда на то, что и завтра будет, о чем писать.


Art El.: Нет ли чисто внешнего противоречия между колоссальными возможностями ваших процессоров и их более чем скромным внешним оформлением? Ведь человек, купивший колонки Tannoy престижной серии за 15 тысяч долларов, скорее всего с трудом поверит, что их звучание можно значительно улучшить с помощью почти невесомой коробочки стоимостью порядка 100 долларов!

М.Ш.: Такое замечание не лишено смысла. Но мы в первую очередь хотим охватить аудиторию, не слишком подверженную предрассудкам: тех, кто понимает, что мы продаем софт, а не железо. Микросхемы, даже самые совершенные (скажем, SHARK в P-1A) стоят ничтожно мало, в основном цена определяется интеллектуальной составляющей продукта. А в последствии если у нас будут партнеры, получившие сертификацию, они без всякого сомнения начнут с того, что засунут электронные «мозги» P-1A в дорогие металлические ящики с инкрустацией. Кстати, мы сами в следующем году планируем начало выпуска линейки процессоров Diva, корпуса которых будут выдержаны в духе High End Audio. Но в этой связи хочется отметить, что революционность P-1A не только в том, что он способен радикально улучшить звучание тракта высокого класса, но и в том, что это достигается за гораздо меньшие деньги, чем любой, самый скромный шаг по меркам High End а.


Art El.: Спасибо за интереснейший рассказ и за вновь ожившую надежду на то, что цифровые форматы в скорости могут сделать кардинальный шаг в сторону аналогового качества звучания. Надеемся, что ваша продукция получит заслуженную популярность в России, где имеется громадное число ревностных почитателей музыки, тоскующих по настоящему аналоговому качеству и мечтающих наконец обрести его и в цифровых форматах, в первую очередь CD, предоставляющим на сегодняшний день реальный выбор.

Вопросы задавали Артур Фрунджян и Михаил Кучеренко